Путь Гиоргия Тумасяна
Влияние
Осенью 2023 года накопленный опыт и личные испытания изменили направление моей общественной работы. Борьба за безопасность Армении и демократическое будущее Грузии всё теснее связывалась для меня с одним вопросом: как превратить волю и знания общества в дееспособные государственные институты. Расширение моего участия в армянском общественном пространстве и продолжавшееся гражданское противостояние в Грузии стали двумя взаимосвязанными направлениями моей работы над этим вопросом.
Руководствуясь единственным желанием — помочь своей Нации, — я вошёл в армянское аналитическое и информационное пространство. Поначалу это были отдельные экспертные комментарии и интервью. Но постепенно от анализа текущих событий я перешёл к изучению системных причин, лежащих в основе кризиса Армении.
В декабре 2023 года мы почувствовали первое облегчение: Европейский союз предоставил Грузии официальный статус кандидата на вступление в ЕС. Для меня это было и важным результатом бескомпромиссного гражданского сопротивления. После отзыва законопроекта в ходе мартовской борьбы это решение дало новую надежду на то, что европейский путь страны можно защитить и укрепить.
Однако в марте 2024 года вернулась угроза, против которой мы боролись в марте предыдущего года. Власть вновь внесла законопроект об «иностранных агентах», показав, что его прежний отзыв не стал изменением политического курса. Мы снова оказались на улицах. На этот раз система действовала с хладнокровной жестокостью: репрессивные законы были проведены через парламент, а давление дошло до индивидуального преследования. На лидеров протестов, в том числе на меня, обрушились телефонные угрозы физической расправы. Подконтрольные силовые структуры бездействовали, пока незаконные банды совершали скоординированные нападения прямо у наших домов, а административный конвейер штрафов и судебных преследований пытался парализовать наше сопротивление.
На этот раз сопротивление не смогло предотвратить принятие закона. По моей оценке, это показывало опасное последствие укрепления авторитарной власти: когда власть сосредоточивает в своих руках силовые, административные и судебные рычаги и ограничивает независимый контроль над ними, даже масштабный гражданский протест может уже не изменить её решений. В 2023 году общественное давление ещё заставило власть отступить. В 2024 году более укрепившаяся система смогла провести ту же инициативу, выдержав общественный протест и подавив его участников. Для меня эта разница подчёркивала, насколько опасно позволить концентрации власти достичь той степени, при которой общество теряет возможность мирным путём влиять на государственные решения.
11 сентября 2024 года мой Отец ушёл из жизни. Мир утратил для меня всякий смысл. Чёрная осень 2024 года стала периодом абсолютной экзистенциальной пустоты. Отец оставил мне своё главное напутствие: продолжать наш общий путь и стоять за Армению. Исполнение воли отца стало смыслом продолжения моей жизни.
На заключительном многолюдном митинге объединённой оппозиции перед парламентскими выборами в Грузии 26 октября 2024 года я выступил на грузинском и армянском языках перед десятками тысяч граждан, собравшихся на площади Свободы в Тбилиси. Я не знаю, когда и кто в последний раз выступал на этой площади на армянском языке. Для меня это выступление было важным символом — возможностью дать голос армянской общине в общей гражданской борьбе Грузии. Я открыто призвал общество, и особенно армянскую общину Грузии, голосовать за демократические силы, понимая, что демократическое будущее Грузии и Армении неразрывно взаимосвязано.
После выборов 26 октября, согласно официальным окончательным результатам, правящая «Грузинская мечта» получила около 54% голосов, а все остальные партии вместе — около 46%. Международные и местные наблюдатели зафиксировали нарушения, давление на избирателей и проблемы с тайной голосования. Все четыре оппозиционные силы оспорили достоверность результатов и отказались их признавать.
Моё выступление и призыв участвовать в выборах выражали убеждение, что армянская община должна своим голосом и своей ответственностью участвовать в формировании общего будущего страны. Но кризис вокруг выборов показал и другое последствие укрепления авторитарной власти: сосредоточение государственных рычагов в руках правящей силы подрывает сам избирательный процесс. Когда давление на избирателя становится возможным, а свободное выражение его воли и тайна голосования защищены недостаточно, выборы теряют способность обеспечивать общественный контроль над властью. По моей оценке, подавление уличного протеста и подрыв избирательного процесса в Грузии были взаимосвязанными проявлениями одной и той же концентрации власти.
Кризис, возникший после выборов, вступил в новую фазу 28 ноября 2024 года, после официального заявления партии «Грузинская мечта» о приостановке процесса евроинтеграции. Страну охватила новая, беспрецедентная волна народного протеста. Я оказался в самом центре этой борьбы, став одним из лидеров гражданского движения «Единство». В следующие месяцы мне пришлось пройти через всю жёсткость аппарата государственного давления: жестокие разгоны, удары водомётов в ночной холод, слезоточивый газ и четыре судебных процесса против меня, следовавших один за другим в течение одного года. Свобода и суверенитет никогда не даются навечно: каждое поколение обязано защищать их лично, расплачиваясь за это и собственной безопасностью.
Видео
В 2019 году я был одним из участников этой борьбы. Теперь, став одним из лидеров движения, я яснее видел и ответственность лидерства. Сопротивление не сводилось лишь к проявлению собственной решимости: оно требовало думать о безопасности людей, возможностях продолжать борьбу и следующих шагах. Для меня всё важнее становилась задача не только поднять людей, но и превратить общую волю в долгосрочную, организованную работу.
Параллельно я принял решение создать собственную независимую аналитическую платформу. Выступая в чужих эфирах в качестве приглашённого гостя, я неизбежно сталкивался с рамками журналистских форматов и редакционной политикой конкретных медиахолдингов. Изначально это был армяноязычный авторский проект на YouTube, посвящённый вопросам национальной безопасности. Общественный спрос был огромным: люди устали от дешёвой партийной пропаганды; им нужны были глубокое объяснение первопричин и, самое главное, ясные очертания будущего.
В 2025 году моя деятельность получила признание на высшем международном уровне. В августе 2025 года Государственный департамент США признал меня «перспективным лидером», пригласив в Соединённые Штаты, в Вашингтон. Этот визит проходил одновременно с исторически решающими событиями — подписанием 8 августа 2025 года в Вашингтоне совместной декларации и парафированием соглашения об установлении мира и межгосударственных отношений между Арменией и Азербайджаном. Целью моего визита было установление прямых стратегических связей с американскими политическими и экспертными кругами. В 2025 году я присоединился в качестве исследователя к действующему в Брюсселе аналитическому центру EU Awareness Centre.
В самой Грузии в 2025 году я выступил соинициатором политического движения «Грузия прежде всего». В тот период моё участие в политической и медийной жизни Грузии значительно расширилось. Для меня это было и возможностью повысить заметность армянской общины и её участие в формировании общественной повестки страны.
В конце 2025 года, в момент тяжелейшего институционального и духовного противостояния вокруг ААЦ, я сделал принципиальный гражданский шаг. Я трижды специально приезжал из Тбилиси в Армению, чтобы участвовать в церковных литургиях в Ованнаванке, Талине и Хачике — литургиях, которые служили преданные Армении духовные отцы, выступившие против номенклатурной иерархии и лишённые сана Ктричем Нерсисяном. В те самые острые и сложные дни я публично встал рядом с премьер-министром Пашиняном — ради независимой и суверенной Армении, ради Армянской Апостольской Церкви, свободной от внешнего контроля, и ради победы в той борьбе за справедливость, которую мы с Отцом начали ещё в 2018 году.
Это противостояние стало для меня и возвращением к нерешённым вопросам 2018–2019 годов. С точки зрения долгосрочного государственного строительства прежнюю попытку отложить реформу духовного института я оценивал как глубокий просчёт. По моей оценке, эти нерешённые проблемы способствовали углублению кризиса 2025–2026 годов.
Я открыто и последовательно поддерживал курс премьер-министра Пашиняна, направленный на укрепление государственного суверенитета Армении и практическую реализацию вашингтонских договорённостей. В контексте судьбоносных парламентских выборов 7 июня 2026 года я публично выступил в поддержку премьер-министра Пашиняна, призвав доверяющих мне граждан Республики Армения голосовать за партию «Гражданский договор».
К середине 2026 года моя авторская платформа на YouTube выросла в полноценную многоязычную медиасеть, транслирующую передачи на армянском, грузинском, русском и английском языках. В этот период армянские, грузинские, азербайджанские и международные СМИ стали регулярно приглашать меня на интервью и аналитические дискуссии. Моё влияние на Южном Кавказе стало трансграничным, а такой широкий охват всегда предполагает большую ответственность.
Летом 2026 года, когда гражданская инициатива «Грузия прежде всего» подошла к этапу официальной регистрации в качестве партии, я принял обоснованное стратегическое решение: остаться вне внутренней партийной иерархии и сохранить статус независимого, внепартийного советника. Я трезво оценил институциональную среду и понял, что статус партийного деятеля ограничит мою свободу действий. Принципиальная независимость, самостоятельность и полная свобода действий были несравнимо ценнее любой партийной должности.
Весь этот путь яснее обозначил для меня цель моей общественной работы: разговор о будущем Армении должен получить продолжение в практическом проекте развития государства. Уличная борьба, общинная работа и международный опыт с разных сторон привели к одному вопросу: как превратить обретённую возможность в долгосрочную государственную силу. С особой остротой этот вопрос встал передо мной 7 июня 2026 года в Ереване.